Библиотека

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ СИСТЕМА КОНТРОЛЯ КОСМИЧЕСКОГО ПРОСТРАНСТВА

В конце 50-х, начале 60-х годов теперь уже прошлого столетия, околоземной космос стал «наполняться» искусственными спутниками Земли (ИСЗ), а затем и космическими кораблями (КК). Две сверхдержавы – СССР и США – не хуже, чем мальчишки во дворе – стали выяснить отношения в космическом пространстве: кто «самее», кто раньше и кто больше запустит спутников в космос. Эта деятельность не могла не потребовать создания систем (советской и американской), предназначенных для «инвентаризации» космоса, для построения каталогов ИСЗ и КК, находящихся в режиме постоянной актуализации. Отсутствие таких каталогов, содержащих орбитальную информацию обо всех ИСЗ, о ракетах-носителях, с помощью которых они были запущены в космическое пространство, обо всем «мусоре» (фрагменты, обтекатели и т.д.), которым наполняется околоземной космос, что ставило непреодолимую преграду на пути все более и более масштабного освоения космического пространства.

Но это только одна сторона дела. Другая заключалась в том, что в условиях «холодной войны» между США и СССР (позволю себе ее назвать абсолютно бессмысленной, порочной по самой своей сути, тяжким грузом лежащей на совести руководителей названных государств) крайне любопытно было точно знать, для чего этот конкретный спутник запущен в космическое пространство, для решения каких задач, и в случае нужды, как противодействовать ему решать эти его «гнусные» задачи.

Так возникла идея создания систем, предназначенных для систематической и эффективной «инвентаризации» космического пространства, для распознавания назначения всех запущенных в космос ИСЗ.

Эта идея примерно одновременно материлаизовалась в США в виде системы «Спадатс», (Space Detection and Tracking System – Система космического обнаружения и слежения), а в Советском Союзе в виде Системы контроля космического пространства (СККП).

Мы же будем говорить об американской системе. Автор настоящей статьи посвятил ее описанию ряд публикаций, в том числе в Ежегоднике, выпускаемом в рамках Большой Советской Энциклопедии (1968 г.), журнале «Техника и вооружение» (1970 г.)

Наша цель описать в самом кратком виде историю построения СККП в нашей стране, вспомнить замечательных ученых, инженеров и программистов, внесших основной вклад в создание системы, успешно функционирующей и в настоящее время в России. Более того, системы, находящейся в процессе эффективного развития и совершенствования.

Приступим к освещению основной темы настоящей работы – исторических аспектов построения отечественной Системы контроля космического пространства.

В начале 1960 г. по инициативе группы ученых, возглавляемой доктором технических наук, профессором Николаем Пантелеймоновичем Бусленко, в будущем член-корреспондентом АН СССР, поддержанной руководством Войск противовоздушной обороны (ПВО) страны, в частности, Начальником 4 Главного Управления МО СССР (4 ГУМО) генерал-полковником авиации Г.Ф. Байдуковым и заместителем Главкома Войск ПВО страны генерал-полковником артиллерии П.Н.Кулешовым, в будущем Маршал артиллерии, был создан 4-й Специальный Вычислительный Центр (СВЦ 4МО), который возглавил полковник Иван Макарович Пенчуков, в будущем доктор технических наук, профессор, генерал-лейтенант.

Основная задача Центра состояла в разработке математического аппарата (математических моделей, алгоритмов и программ), обеспечивающих, с одной стороны, обработку экспериментальной информации, получаемой в ходе проведения натурных (полигонных) испытаний создаваемых в то время систем ПВО, в первую очередь систем противоракетной обороны (ПРО), генеральным конструктором которой был член-корреспондент АН СССР генерал-лейтенант, Герой Социалистического труда Георгий Васильевич Кисунько, а с другой стороны, организацию математических, в частности, статистических испытаний этих систем.

Естественно, проведение математических испытаний сложных технических систем давало огромную экономию ресурсов – финансовых, материальных, трудовых временных. Не говоря уже о том, что о натурных испытаниях системы ПРО в районе Москвы, а именно для обороны Москвы комплексы ПРО, в первую очередь, и создавались – естественно и речи быть не могло.

По мере создания новых систем, обеспечивающих расширение функций и повышение эффективности функционирования ПВО страны, круг задач СВЦ-4МО неизменно расширялся.

Так в связи с созданием системы противокосмической обороны (ПКО), генеральными конструкторами которой были Лауреаты Ленинской и Государственных премий СССР, дважды Герой Социалистического труда академик Владимир Николаевич Челомей и Герой Социалистического труда академик Анатолий Иванович Савин в конце 1961 г. перед СВЧ-4 была поставлена новая задача – обеспечить математическую основу проведения модельных испытаний этой системы.

Здесь я хочу сделать маленькое отступление от темы и кратко рассказать историю первых шагов восхождения на олимп космонавтики Владимира Николаевича Челомея.

В конце 30-х годов прошлого столетия в Германии были созданы высокооборотные авиационные двигатели внутреннего сгорания. На испытаниях этих двигателей происходило скручивание их коленчатых валов и разрушение двигателей.

Немцы не могли понять, в чем дело и обратились в АН СССР с просьбой исследовать возникшую проблему. Ее решение было поручено академику Академии наук Украины Штаерману (к сожалению, не помню его имя, отчество), который, в свою очередь, предложил исследовать проблему своему аспиранту В.Н. Челомею. Последний быстро разобрался с ситуацией, выяснил, что причиной разрушения коленчатых валов двигателей является появление «паразитной» третьей гармоники. За счет установки на валу специального компенсатора (миниатюрной массы) влияние «плохой» гармоники было скомпенсировано, валы перестали разрушаться.

Это было во времена «добрых» отношений с Германией (1939-1941 гг.). Интересно было бы узнать, справились бы немцы самостоятельно со своими двигателями или нет. А если нет, то не имели бы они столь мощных двигателей на своих истребителях-мессерах. И сколько бы это спасло жизней наших пилотов?

Впрочем этот вопрос полностью коррелируется с бесконечными поставками Германии в эти годы нефти, металла, продовольствия, которые ох как бы пригодились нашей стране в годы войны! Но это другой вопрос, впрочем обсуждению которого автор с удовольствием посвятил бы специальную публикацию.

Итак, решение проблемы В.Н. Челомей нашел, все были довольны и наши и совсем не наши. И вот, вскоре после 21 декабря 1939 г. академик Штафман во время лекции в Киевском авиационном институте гражданской авиации обратился к студентам с сообщением и вопросом.

«В нашей стране учреждено почетное звание Герой социалистического труда. Первым Героем стал И.В. Сталин (шестидесятилетие которого отмечала вся страна). А знаете ли Вы, кто станет следующим Героем соц.труда?» Студенты молчали. «Следующим будет В.Н. Челомей» – возвестил академик. Он ошибся. Вторым не стал В.Н. Челомей, но дважды Героем соц.труда стал.

В.Н. Челомей внес огромный вклад в становление и развитие отечественной космонавтики. К сожалению, последние годы его жизни сложились довольно трагически. Вскоре после «свержения с престола» Н.С. Хрущева, который очень был благорасположен к Владимиру Николаевичу (заметим – Сергей Никитович Хрущев работал в фирме Челомея), закатилась звезда В.Н. Челомея. Он был освобожден от руководства созданной им фирмы.

В конце жизни с ним произошло трагическое происшествие. Приехав к себе домой, он оставил машину на пригорке, а сам пошел открывать гараж. Неожиданно машина покатилась и сильно покалечила своего владельца. Воистину, пути Господни неисповедимы.

Однако, вернемся к основной теме статьи.

Итак, была поставлена задача принять участие в проведении испытаний создаваемой системы ПКО, получившей название «ИС» (истребитель спутников). Для решения этой задачи в СВЦ-4МО (который вскоре был преобразован в 45 СНИИ МО – Специальный научно-исследовательский институт) был образован специальный отдел (10-й отдел), который было поручено возглавить автору настоящей статьи.

Позволю себе кратко рассказать предисторию моего назначения на должность начальника этого отдела.

После окончания с Золотой медалью Военно-Воздушной инженерной Академии (ВВИА) им. проф. Н.Е. Жуковского в 1950 г. автор в течение восьми лет служил в Высшей офицерской школе боевого применения Дальней авиации в должности старшего преподавателя по электроспецоборудованию тяжелых бомбардировщиков (сперва ТЧ-4, затем ТЧ-16). В 1958 г. был зачислен в адъюнктуру ВВИА им. проф. Н.Е. Жуковского, на кафедру авиационно-пилотажного оборудования, которую возглавлял доктор технических наук профессор, генерал-майор авиации Василий Афанасьевич Боднер.

На кафедре по инициативе и весьма творческом участии профессора кафедры, доктора технических наук Гавриила Оскаровича Фридлендера проводились интенсивные исследования в области инерциальных систем навигации и управления летательными аппаратами, к которым проявили интерес сотрудники 4 ГУМО, в частности, начальник отдела этого Главка кандидат технических наук полковник Юрий Христофорович Вермишев, который, слава Богу, в настоящее время весьма успешно работает в НПО «Алмаз». Возник вопрос: а не целесообразно ли использовать инерциальные системы в системах управления зенитных ракетных комплексах (ЗРК).

В.А. Боднер поручил провести исследование этого вопроса автору – вновь зачисленному на кафедру адъюнкту.

Исследования показали, что вполне реально и в высшей степени целесообразно положительное решение названного вопроса, т.е. использование инерциальных систем в контуре управления зенитных ракет.

Интересно отметить, что в 1960 г. В.А. Боднер пригласил Бориса Васильевича Бункина в Академию для того, чтобы доложить ему о результатах проведенных исследований.

Б.В. Бункин (приехал в Академию вместе с А.Г. Басистовым) внимательно ознакомился с существом выполненной работы и вполне одобрительно ее оценил. Между прочим, в противоположность А.Г. Басистову, который достаточно негативно отнесся вообще к идее использовать инерциальные системы в контуре управления зенитными ракетами и был абсолютно не прав. Прошли годы и инерциальные системы стали неотъемлемой основой систем управления зенитными ракетами комплексов С-200, С-300 и др.

Замечу, что вся «эпопея», связанная с исследованиями в области использования инерциальных систем в ЗРК, достаточно подробно изложена в статье автора «Обретение инерциальности», опубликованной в журнале «Воздушно-космическая оборона, № 4 2003 г.

Выполненные автором исследования в области инерциальных систем завершились подготовкой и успешной защитой диссертации на соискание ученой степени кандидата технических наук. Приятно отметить, что одним из двух официальных оппонентов был Ю.Х. Вермишев. Первым оппонентом был член-корреспондент АН СССР генерал-майор Евгений Павлович Попов.

После защиты диссертации, благодаря усилиям заместителя начальника СВЦ-4 МО Н.П. Бусленко и Ю.Х. Вермишева, автор был переведен из одного вида Вооруженных сил Военно-Вооздушных сил (ВВС) в другой вид – ПВО и назначен в начале 1960 г. на должность начальника лаборатории в названный Вычислительный Центр, исполняющим обязанности начальника отдела.

В конце этого же года, как уже было сказано, автор возглавил 10-й отдел, состоящий из 2-х лабораторий. Одну из них возглавил кандидат технических наук Николай Григорьевич Назаров, в будущем доктор технических наук, профессор, который в настоящее время, будучи профессором МГТУ им. Баумана, работает по совместительству в возглавляемой автором лаборатории «Методы распознавания» в ФГУП «Центральный научно-исследовательский институт экономики, информатики и систем управления».

Начальником второй лаборатории был назначен Валентин Андреевич Мостицкий, впоследствии кандидат технических наук.

Детальное исследование проблемы функционирования системы ИС показало, как это не парадоксально звучит, что натурные испытания системы при запуске специальных спутников-мишеней провести можно, так как траектории их вращения в космическом пространстве были заранее запрограммированы, и, кроме того, они непрерывно отвечали на позывные сигналы, но в боевом режиме система неработоспособна и, значит, не боеспособна.

Это печальное обстоятельство было обусловлено тем, что система ИС не была скомплексирована с жизненно необходимой, но в то время не существующей системой, обеспечивающей систему ИС надлежащей информацией. Во-первых, о задачах, решаемых иностранными ИСЗ – потенциальными целями системы ИС, а во-вторых, о траекториях их вращения вокруг Земли, на основе значений орбитальных параметров которых могут быть выработаны целеуказания огневым средствам поражения системы ИС.

Автор суть этого вопроса доложил заместителю начальника института доктору технических наук, профессору Николаю Пантелеймоновичу Бусленко (в будущем член-корреспонденту РАН СССР), который в полной мере оценил всю значимость обозначенной проблемы.

Н.П. Бусленко в начале 1963 г. пригласил в институт заместителя начальника 4 ГУМО по научной работе генерал-лейтенанта Константина Александровича Трусова (впоследствии генерал-полковника), которому автор доложил суть существующей проблемы. К.А. Трусов в полной мере оценил значимость проблемы и наши предложения о необходимости создания в стране специальной системы, предназначенной, во-первых, для формирования информации об орбитальных параметрах иностранных ИСЗ и, во-вторых, о том, для решения каких задач они запущены в космическое пространство, т.е. о результатах их распознавания.

Автору было поручено разработать Аванпроект системы, который был подготовлен в течение 2-х недель.

Думаю, этот Аванпроект будущей системы и в настоящее время хранится в архиве 45 СНИИ МО. Основные результаты Аванпроекта были доложены руководству 4 ГУМО, который в то время возглавлял национальный Герой страны генерал-полковник авиации Георгий Филиппович Байдуков.

Аванпроект новой системы, получившей название Система контроля космического пространства (СККП) был одобрен и утвержден начальником Главка.

При этом возникла идея создать в 45 СНИИ МО специальное Управление контроля космического пространства, предназначенное для разработки организационных, математических и технических принципов построения СККП, разработки методов и программно-реализованных алгоритмов обработки орбитальной информации относительно иностранных ИСЗ и их распознавания.

Руководство Главка весьма оперативно воплотило эту идею в соответствующее Правительственное постановление и в 45 СНИИ МО было создано искомое Управление контроля космического пространства, которое возглавил полковник Евгений Михайлович Ошанин, будущий генерал-полковник, заместитель Председателя Научно-технического комитета Генерального штаба.

Однако по существу научное руководство Управлением осуществлял доктор технических наук, профессор Михаил Дмитриевич Кислик, Лауреат Ленинской и Государственных премий СССР, один из крупнейших ученых страны в области космической баллистики.

В 1964 г. он сменил Николая Пантелеймоновича Бусленко, назначенного на должность Начальника 27 института МО, на посту заместителя Начальника 45 СНИИ МО по научной работе.

Здесь хочется сделать маленькое отступление от основной темы.

Н.П. Бусленко и М.Д. Кислик – активные участники войны, награжденные многими боевыми орденами, были сокурсниками в Артиллерийской Академии. Их связывало большое уважение друг к другу, основанное на взаимно высокой оценке научного и интеллектуального потенциала. При этом эти незаурядные ученые были антиподами в подходах и проведении теоретических исследований и методах решения сложных математических задач.

Н.П. Бусленко был математиком-прикладником, широко развившим методы математического моделирования, в частности, статистического моделирования (метод Монте-Карло), реализуемые на цифровых вычислительных машинах.

М.Д. Кислик был «чистым» математиком, исповедовавшим любовь и привязанность к аналитическим решениям задач, в частности, небесной механики. Он был горячим поклонником Французских классических математиков Лапласа, Лагранжа, Д Аламбера, очень любил французских писателей, особенно А.Франса и его роман «Остров пингвинов».

Н.П. Бусленко и М.Д. Кислик внесли свои очень значительные вклады в соответствующие разделы математики. Очень повезло 45-му институту, что у истоков его научного функционирования оказались незаурядные ученые Н.П. Бусленко и М.Д. Кислик. Светлая им память!Не могу не сказать, что, по-видимому, по крайней мере в отечественной литературе, впервые подразделил математиков на «чистых» и «прикладных» премьер-министр России начала прошлого века Сергей Юльевич Витте, многолетний сотрудник министра финансов при Александре Ш – замечательного русского математика И.А. Вышнеградского, который был способен в уме производить расчеты государственного бюджета страны.

Вернемся к основной теме.

В Управлении достаточно оперативно сложились основные научные и прикладные направления:

курирование процессов строительства и аппаратурного оснащения центра СККП – Центра контроля космического пространства (ЦККП), созданного в Московской области недалеко от города Ногинска;

разработка баллистического обеспечения деятельности Центра;

распознавание назначения иностранных ИСЗ, состоящее, в свою очередь, из ряда самостоятельных научных направлений – радиолокационного, фотометрического, радиотехнической разведки и космического.

В 1966-1967 годах Управление возглавлял выпускник Академии проф. Н.Е. Жуковского – доктор технических наук, профессор Олег Александрович Чембровский, голова которого всегда была полна незаурядных идей.

Основная заслуга в организации и эффективного функционирования Управления принадлежит Александру Дмитриевичу Курланову – впоследствии доктору технических наук, профессору, лауреату Государственной премии СССР, заслуженному деятелю науки РФ генерал-майору, который возглавлял Управление в течение 14 лет.

Если строительство ЦККП было осуществлено строительными организациями Министерства обороны, а его техническое, аппаратурное оснащение выполнено организациями Минрадиопрома и Минсвязи СССР (вычислительная техника, средства приема и передачи информации, ее визуализация на специально созданных экранах и т.п.), то разработка организационных принципов построения и процессов функционирования СККП, ее достаточно сложного математического базиса (математические методы, алгоритмы и программы) была выполнена исключительно коллективом научных сотрудников Управления контроля космического пространства 45 СНИИ МО.

Основная заслуга в реализации процессов контроля, построения и аппаратурного оснащения ЦККП принадлежит заместителю начальника Управления полковнику Борису Ефимовичу Белоцерковскому – впоследствии доктору технических наук, профессору, начальникам отделов Управления полковникам Борису Николаевичу Ананьину и кандидату технических наук Эдуарду Эмильевичу Ларману.

Благодаря их усилиям и эффективной деятельности их сотрудников и, в частности, С. Иванюка – кандидата технических наук, ЦККП был создан в исключительно краткие сроки (не более 2-х лет) и приступил к работе в штатном режиме обработки орбитальной информации об иностранных ИСЗ и обработки некоординатной информации в целях решения задач их распознавания.

Решению проблем разработки методов и алгоритмов обработки орбитальной информации (определение параметров орбитального движения иностранных ИСЗ, прогнозирование их изменения во времени, выдачи целеуказания средствам наблюдения и средствам поражения и др.) была посвящена деятельность отделов, которую возглавляли полковники Владимир Иванович Мудров, впоследствии доктор технических наук, профессор Горохов Юрий Петрович впоследствии кандидат технических наук.

Значительный вклад в решение этого плана задач внесли доктора технических наук А.Д. Курланов, А.И. Назаренко, А.М. Жандаров, Г.А. Соколов – кандидат технических наук, Ю.А.Диденко , впоследствии генерал-майор, сменивший на посту начальника Управления А.Д. Курланова, а также кандидаты технических наук В.Д. Анисимов, Г.С. Суворов, С.С. Вениаминов, Л.Казанская, Р.В. Гукина, Л. Маркова и др.

Все разработанные алгоритмы, надо сказать, в основном оригинальные, были запрограммированы сотрудниками специально созданного отдела программирования, возглавляемого Захаром Захаровичем Швецовым, Г.В. Серебренниковым, В.И. Михайловым и успешно реализованы на вычислительных средствах ЦККП.

Необходимо отметить, что работа в области построения ЦККП и обеспечения его эффективного функционирования была удостоена Государственной премии СССР. При этом лауреатами премии стали А.Д. Курланов, В.И. Мудров, А.В. Крылов (заместитель начальника Управления), А.И. Назаренко, Б.Н. Ананьин, З.З. Швецов.

Руководство проведением исследований, связанных с организацией процесса распознавания иностранных ИСЗ было поручено начальнику отдела распознавания, впоследствии заместителю начальника Управления – автору настоящих воспоминаний.

Надо прямо сказать, что, если математические основы астрономии, небесной механики, космической баллистики начали создаваться свыше пятисот лет тому назад, благодаря работам, в первую очередь, Н. Коперника и И.Кеплера, то к началу 60-х годов прошлого столетия работ в области построения систем распознавания в мире еще не было. Хотя первые работы, связанные с построением алгоритмов распознавания начали к тому времени появляться в отечественной и зарубежной научной литературе.

Авторы этих публикаций исходили из того, что распознавание объектов (образцов) ограничивается лишь построением алгоритмов распознавания (решающих правил), обеспечивающих отнесение распознаваемых объектов к тому или иному классу.

При этом было построено несколько сот алгоритмов распознавания, эффективность которых (с точки зрения критерия вероятности правильного решения задачи распознавания) была примерно одинакова.

Однако наука о распознавании объектов и явлений, процессов и ситуаций это далеко не только алгоритмы распознавания. И дело здесь заключается в том, что подчас для получения информации об объектах, подлежащих распознаванию, необходима разработка специальных технических систем, стоимость которых может составлять миллионы даже миллиарды рублей.

Поэтому к построению процесса распознавания необходима реализация системотехнического подхода, смысл которого состоит в том, чтобы в случае альтернативных вариантов создания источников информации о распознаваемых объектах, был выбран, в некотором смысле, оптимальный вариант. Оптимальный с точки зрения критерия вероятности достоверного распознавания при наличии соответствующих ограничений на затрачиваемые ресурсы (финансовые, трудовые, временные и т.д.), либо время решения задачи распознавания.

Именно эту «науку» пришлось создавать с нуля коллективу научных сотрудников отдела распознавания Управления контроля космического пространства, а затем и ряда отделов Управления (радиолокационного, оптического, космического), созданных специально для участия в решении проблемы распознавания иностранных ИСЗ, также подчиненных автору настоящих заметок.

Начать пришлось с того, чтобы использовать существующие в стране технические средства –радиолокационные и оптические, которые были предназначены для получения лишь орбитальной (координатной) информации об иностранных ИСЗ, но не были приспособлены для формирования некоординатной информации об ИСЗ, определения их некоординатных признаков. К числу которых относятся: вид стабилизации ИСЗ, его габариты, масса, баллистический коэффициент и др.

Именно поэтому группой специалистов под руководством Анатолия Ивановича Ладыгина (впоследствии доктора технических наук) и кандидата технических наук Юрия Ивановича Дмитриева были разработаны оригинальные методы и программно реализованы алгоритмы обработки радиолокационной информации, обеспечившие определение названных некоординатных признаков иностранных ИСЗ.

Большая работа была проделана по созданию и оснащению оптических средств наблюдения полигонов и Астросовета АН СССР специальной фотометрической аппаратурой, что обеспечивало получение «кривой блеска» ИСЗ, специальная обработка которой позволяла также определять ряд некоординатных признаков ИСЗ.

Здесь следует, в первую очередь, назвать энтузиастов фотометрии Бориса Ефимовича Белоцерковского и Владимира Ивановича Яблокова - впоследствии докторов технических наук, а также кандидатов технических наук В.А. Мостицкого, Г.О. Грудзианскую, Б.Н. Голубева и др.

Необходимо отметить следующее.

В Управлении (как было уже сказано) были созданы, помимо собственного отдела распознавания, отделы радиолокационных средств распознавания, которые последовательно возглавляли полковники А.С. Куршенов, затем П. Петькун и, наконец, А.И. Ладыгин и оптических средств распознавания, который возглавлял Б.Н. Голубев, а затем В.А. Мостицкий.

Эти отделы занимались не только разработкой алгоритмов обработки соответственно радиолокационной и фотометрической информации, но и весьма эффективно трудились на ниве обоснования необходимости разработки специализированных средств контроля космического пространства и распознавания иностранных ИСЗ.

Их усилия завершились созданием специализированного радиолокационного комплекса «Крона» и специализированного оптического комплекса (шифр «Окно»), разработку которого осуществлял Красногорский механический завод им. С.А. Зверева.

Следует отметить, что работа по созданию комплекса «Окно» в 2005 году была удостоена Государственной премии России. Комплексы «Крона» и «Окно» приняты на вооружение и эффективно работают в интересах контроля космического пространства и распознавания ИСЗ.

Детальное исследование проблемы распознавания показало, что наряду с получением некоординатной радиолокационной и фотометрической информации существует принципиальная возможность определять назначение и параметры бортовой радиотехнической аппаратуры (в том числе обзорной и детальной радиолокационной разведки) иностранных ИСЗ.

Эта возможность могла быть реализована путем перехвата радиотехнической информации, сбрасываемой иностранными ИСЗ на «свои» пункты наблюдения.

Автор поручил сотруднику отдела распознавания кандидату технических наук Сергею Самуиловичу Эпштейну – исключительно творческой личности, разработать математическую модель процесса распознавания иностранных ИСЗ и выяснить, как изменится вероятность их достоверного распознавания, если помимо радиолокационной и фотометрической информации использовать также радиотехническую информацию. С.С. Эпштейн блестяще справился с задачей и показал, что в среднем по множеству классов ИСЗ вероятность увеличивается на 0,2-0,3, иначе на 20-30%.

Этот факт послужил весомым аргументом в обосновании целесообразности построения Системы радио- и радиотехнической разведки.

В связи с этом по инициативе и непосредственном участии автора в начале 1963г. было организовано обсуждение проблемы создания специализированной Системы радио- и радиотехнической разведки иностранных ИСЗ с представителями ГРУ ГШ и КГБ СССР, завершившееся Правительственным постановлением о разработке названной Системы.

Первая и вторая очереди Системы, получившие шифры «Звезда» и «Звезда-А» были созданы совместными усилиями промышленных предприятий (НИИ-20 Минрадиопрома г. Ростов, ОКБ МЭИ, возглавлявшегося тогда академиком Алексеем Федоровичем Богомоловым), а также соответствующими управлениями ГРУ ГШ, КГБ и 4 ГУМО.

Следует отметить выдающуюся роль в создании Системы начальника Управления ГРУ ГШ генерал-лейтенанта Петра Спиридоновича Шмырева и первого начальника Системы полковника Евгения Георгиевича Колоколова.

Значительный вклад в создание Системы внес представитель КГБ генерал-майор Човган Дмитрий Петрович.

Естественно в разработке принципов построения Системы, ее алгоритмической связи с ЦККП деятельное участие приняли сотрудники радиолокационного отдела кандидаты наук Е.К. Трошин, Е.Т. Перепелицын, (впоследствии доктор технических наук) и др.

Первая очередь Системы была принята на вооружение в 1972 г., а вторая – в 1978 г. При этом работа по созданию этой Системы была удостоена Государственной премии СССР.

Лауреатами стали П.С. Шмырев, Д.П. Стороженко (директор НИИ-20), Б.А. Поперетченко (ОКБ-МЭИ), автор этой статьи и др.

Следует сказать, что в начале этого столетия за развитие и совершенствование Системы, которая в настоящее время успешно функционирует, была получена Государственная премия РФ.

Дальнейшие исследования проблемы распознавания иностранных ИСЗ показали, что информация наземных средств наблюдения (радиолокационных, оптических и радиотехнических) не обеспечивает достаточного значения вероятности правильного распознавания этих спутников.

Необходимо также получение визуальной информации в видимом и инфракрасном диапазонах спектра частот. Подобная информация может быть получена только при наличии специализированного ИСЗ-инспектора – космических летательных аппаратов, могущих совершать необходимые маневры в космосе – приближаться к инспектируемым иностранным ИСЗ, совершать их облет.

Отдел распознавания Управления контроля космического пространства провел весьма масштабный объем работ, связанных с подготовкой решения Комиссии Совета Министров по военно-промышленным вопросам (ВПК СМ СССР), принятого 20 августа 1965 г., о выполнении НИР, посвященной обоснованию необходимости и оценке практической возможности создания космического ИСЗ-инспектора.

В выполнении НИР приняли участие около 20-ти научных и конструкторских организаций АН СССР и ряда отраслей промышленности. Этим же решением ВПК был создан Координационный совет по проблеме распознавания иностранных ИСЗ, в состав которого вошли представители свыше 30-ти организаций, в той или иной мере участвующие в решении космической проблематики.

В конце 60-х годов в 45 СНИИ МО в рамках Управления космического пространства был создан лабораторный комплекс силами отдела, который возглавлял В.Н. Павлов. Этот отдел был переведен в названное Управление и также как и отделы радиолокационных и оптических средств распознавания был подчинен автору настоящей статьи.

Значительная роль в создании лабораторного комплекса, по существу, тренажера космонавтов, принадлежит кандидатам технических наук В.Н. Павлову, М.И. Гусеву, С.С. Эпштейну, В.М. Прусакову, В.В. Голикову (в будущем доктор технических наук), а также В.А. Стасевичу, Боротьбенко и ряду сотрудников этого отдела – отдела космических средств распознавания. Кстати сказать, В.М. Прусаков и В.В. Голиков были моими первыми адъюнктами в 45 СНИИ МО.

Лабораторный комплекс состоял из кабины космонавта, глобуса звездного неба, карданного подвеса, на котором размещались макеты подлежащих распознаванию ИСЗ.

В имитаторе космического пространства помимо глобуса была установлена система зеркал, которая позволяла космонавту имитировать приближение своего «корабля» к «инспектируемому» ИСЗ.

В кабине космонавта была установлена специально созданная логическая вычислительная машина «Белка», разработанная по нашей просьбе Институтом кибернетики Украинской Академией наук, который в те годы возглавлял замечательный ученый нашей страны Герой Социалистического труда, академик Виктор Михайлович Глушков.

В настоящее время этот институт носит имя В.М. Глушкова и расположен в г. Киеве на проспекте Глушкова.

Космонавт нажатием кнопки вводил в машину информацию об элементах конструкции инспектируемых ИСЗ, которые он обнаруживал, либо визуально, либо с помощью приборов технического зрения.

Вычислительная машина на основании этой информации (вид стабилизации, наличие различного предназначения антенн, двигателей стабилизации, оптических систем и т.п.) решала задачу распознавания и высвечивала на экране результат распознавания – тип ИСЗ.

Например, связной, метеорологический, разведывательный – оптической или радиолокационной разведки, детальной или обзорной и т.д.

На тренажере прошли обучение целый ряд космонавтов – П. Попович, А. Николаев, А. Шаталов, Б. Волынов, В. Севастьянов и др.

Задача космонавта состояла в обнаружении искомого ИСЗ на фоне звездного неба, приближение к ИСЗ, его облет и распознавание с помощью машины «Белка».

Работа космонавтов на тренажере принесла свои весьма весомые плоды. А именно, во время выполнения полета космического корабля «Союз-14» (корабль «Алмаз»), экипаж которого был представлен космонавтами П. Поповичем и Ю. Артюхиным, в июле 1974 г. по целеуказанию ЦККП, полученного благодаря специально разработанной системе информационно-баллистического обеспечения полетов отечественных ИСЗ (СИБО), созданной под руководством кандидатов технических наук М.И. Гусева и С.С. Эпштейна, космонавт П. Попович с помощью специально сконструированного и установленного на корабле оптического прибора «Сокол», обнаружил в космическом пространстве американский космический корабль «Скайлэб» и произвел необходимые наблюдения. Полученные экспериментальные результаты послужили основой кандидатской диссертации, защищенной П.Р. Поповичем в диссертационном совете 45СНИИ МО.

Таким образом, была практически доказана возможность СИБО выдавать на борт отечественных космических кораблей целеуказания для обнаружения в космическом пространстве иностранных космических кораблей и ИСЗ.

В 60-70-е годы на космических кораблях в качестве энергетических установок начали применяться ядерные источники электрической энергии. Возникла новая задача – обнаруживать с помощью специальной бортовой аппаратуры, установленной на отечественных космических кораблях, факт наличия на борту иностранных ИСЗ ядерных установок энергетических, а может быть и другого назначения.

Дело заключалось в том, что в прессе появились сообщения о возможности установки на космических кораблях ядерного оружия, которое в нужный момент могло быть сброшено на Землю.

В связи с этим по инициативе автора было проведено обсуждение этой проблемы с руководством научно-исследовательского института ядерной физики (НИЯФ) Московского государственного университета, который возглавлял академик Сергей Николаевич Вернов.

Надо сказать, что академик с большим пониманием отнесся к сути весьма важной проблемы и поручил соответствующим отделам своего института приступить к разработке надлежащей бортовой аппаратуры, предназначенной для обнаружения в космическом пространстве ядерных излучений, определения типа и параметров этих излучений.

Так была создана аппаратура «Рябина-1», а затем ее усовершенствованная модификация «Рябина-2».

Эта аппаратура была установлена на отечественных космических кораблях «Союз-3» и «Союз-4» и по целеуказаниям, выданным ЦККП (по отечественным ИСЗ, снабжениям ядерными энергетическими установками), обнаружила на удалениях до 200 км искомые излучения, определила их тип и интенсивность.

Таким образом, была экспериментально доказана возможность с борта ИСЗ-инспектора обнаруживать и документировать факт наличия на борту иностранных спутников и космических кораблей источников ядерных излучений.

Нельзя не вспомнить о том, что работа по созданию названной аппаратуры была выдвинута на соискание Государственной премии СССР.

Однако «удостоилась» негативного отзыва Курчатовского ядерного центра, который ну никак не мог согласиться с наличием эффективных конкурентов. Вопрос о премии был закрыт.

Думаю, совершенно несправедливо!

К сожалению, и в советские, и в современные времена политика доминировала и доминирует над всем прочим, в том числе и над наукой.

Еще одна работа по нашей инициативе была выполнена совместно с конструкторским бюро, возглавляемым Героем социалистического труда Дмитрием Ильичем Козловым (г. Самара).

Мы предложили провести доработку некоторых создаваемых этим КБ спутников, связанную с их маскировкой. Это было необходимо для оценки снижения значения эффективности отечественной системы распознавания при применении на иностранных спутниках технических средств маскировки элементов их конструкции, а также для разработки алгоритмов и программ, позволяющих достаточно эффективно распознавать зарубежные космические аппараты в условиях их маскировки.

Работу конструкторское бюро Д.И. Козлова выполнило в рекордно короткие сроки, осложнив функционирование американской системы распознавания, входящей в систему «Спадатс».

Кстати, два сотрудника названного КБ защитили кандидатские диссертации в диссертационном совета 45 СНИИ МО.

Теперь мне хотелось бы рассказать о собственно отделе распознавания, который в научном плане возглавлял работу названных отделов (радиолокационного, оптического, космической инспекции) по решению проблемы распознавания иностранных космических аппаратов в целом.

В этом отделе был сформирован ряд научных направлений, послуживших со временем основой формирования ряда отделов, разрабатывающих соответствующие аспекты проблемы распознавания.

Одно из этих направлений было сопряжено с разработкой собственно алгоритмов распознавания. На этом поприще трудились заместитель начальника отдела, доктор технических наук, профессор Николай Григорьевич Назаров, доктор технических наук, профессор Валентин Александрович Скрипкин и их ближайшие сотрудники кандидаты технических наук Л.И. Гладких, М.И. Гусев, Г.П. Серов, С.С. Эпштейн и др.

Другое направление было сопряжено с разработкой методов обработки радиолокационной информации с целью определения некоординатной информации об иностранных ИСЗ. Решению этих вопросов были посвящены усилия доктора технических наук А.И. Ладыгина, кандидатов технических наук Ю.И. Дмитриева, А.А. Брагина и др.

Следующее направление было связано с разработкой методов получения фотометрической информации, ее обработкой с целью определения некоординатных признаков иностранных ИСЗ. В решении этих задач роль принадлежала заместителю начальника Управления, доктору технических наук Б.Е. Белоцерковскому, доктору технических наук В.И. Яблокову, кандидатам технических наук В.А. Мостицкому, Б.Н. Голубеву, Г.О. Грудзинской и др.

Еще одно направление было связано с разработкой методов обработки радиотехнической информации, получаемой комплексам радио и радиотехнической разведки «Звезда». Здесь проявили себя доктор технических наук Е.Г. Перепелицын, кандидаты технических наук Е.К. Трошин, И.В. Иовенко и др.

Кроме того, в отделе, начиная с 1965 г., усиленно разрабатывались проблемы создания и использования космических средств, предназначенных для получения визуальной информации о распознаваемых ИСЗ. В этой связи следует отметить кандидатов технических наук М.И. Гусева и С.С. Эпштейна, которые составили научную основу отдела космической инспекции, возглавляемого кандидатом технических наук В.Н. Павловым.

Долгие годы заместителем начальника отдела был доктор технических наук, профессор Николай Григорьевич Назаров. После того, как он был назначен на должность начальника отдела, занимавшегося вопросами оперативно-тактического функционирования СККП, заместителем начальника был назначен кандидат технических наук Владимир Дмитриевич Анисимов.

Основная задача Н.Г. Назарова, а затем В.Д. Анисимова состояла в реализации в ЦККП алгоритмов распознавания. Они блестяще справились с этой задачей.

Ведущим теоретиком отдела был блестящий математик доктор технических наук, профессор Валентин Александрович Скрипкин, соавтор автора настоящей статьи по ряду монографий, посвященных проблеме распознавания.

Следует отметить также кандидатов технических наук – Лидию Ивановну Гладких, Сергея Самуиловича Эпштейна, Михаила Ильича Гусева, Геннадия Петровича Серова и ряд других сотрудников отдела.

Нельзя не отметить, что по проблеме распознавания ИСЗ было защищено 7 докторских диссертационных работ и свыше десяти кандидатских.

Докторами наук стали Б.Е. Белоцерковский, А.И. Ладыгин, Н.Г. Назаров, Е.Г. Перепелицын, В.А. Скрипкин, В.И. Яблоков и автор этих строк. Кандидатские работы защитили Л.И. Гладких, Г.О. Грудзианская, М.В. Иовенко, Ю.И. Дмитриев, В.А. Мостицкий, В.Н. Павлов, Г.П. Серов, Е.К. Трошин, С.С. Эпштейн, В. Сауляк, В. Лезин и др.

45 СНИИ МО, в частности, Управление космического пространства, может гордиться тем, что его усилиями совместно с целым рядом промышленных организаций в стране создана достаточно эффективная Система контроля космического пространства.

Эта система живет и развивается, появляются новые технические средства – источники информации об иностранных спутниках, совершенствуются методы и алгоритмы их распознавания.

Но автор в этих работах уже участия не принимает. Впрочем он хочет оставить за собой право в свое время дополнить содержание этой статьи описанием еще ряда исторических фактов, связанных с организацией и эффективным функционированием СККП, с решением далеко не тривиальных задач распознавания иностранных ИСЗ.

ГОРЕЛИК Александр Леонидович

лауреат Государственной премии СССР,

заслуженный деятель науки РФ,

почетный член Академии космонавтики им. К.Э. Циолковского,

почетный работник промышленности вооружений,

доктор технических наук, профессор

Комментарии
Очень интересная статья, полезная информация. СПАСИБО!
Добавить комментарий
  • Читаемое
  • Обсуждаемое
  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
ОПРОС
  • В чем вы видите основную проблему ВКО РФ?