Концепции

Зигзаги в реализации концепции ВКО

В ходе создания системы воздушно-космической обороны нельзя допустить структурного разобщения систем противовоздушной и противоракетной обороны

Создание системы воздушно-космической обороны является одним из важнейших направлений обеспечения военной безопасности Российской Федерации. Необходимость построения системы ВКО обусловлена прежде всего бурным развитием средств воздушно-космического нападения, превращением воздушного и космического пространства в единую сферу вооруженной борьбы.

Опыт войн последних десятилетий убедительно свидетельствует о переносе центра тяжести вооруженной борьбы в воздушно-космическое пространство. Ведущие государства мира в военных конфликтах главную ставку делают на завоевание господства в воздухе и космосе с дальнейшим нанесением массированных ударов по стратегическим и жизненно важным объектам во всей глубине страны.

Анализ имеющегося опыта строительства ВКО

Осознание всей серьезности проблемы нейтрализации угрозы сил и средств воздушно-космического нападения, действующих в единой воздушно-космической сфере, привело к разработке и утверждению президентом Российской Федерации в 2006 г. Концепции воздушно-космической обороны Российской Федерации.

Зигзаги в реализации концепции ВКО
Фото: ESA

Этим документом закреплено создание в перспективной системе ВКО основных подсистем: разведки и предупреждения о воздушно-космическом нападении (ВКН), поражения и подавления сил и средств ВКН, управления и обеспечения. Применение подсистем должно осуществляться по единому замыслу и плану в едином контуре боевого управления.

Однако в последнее время обозначились тенденции очередной ревизии взглядов на решение задач воздушно-космической обороны страны. «Новаторы» предлагают рассматривать систему ВКО в виде двух относительно самостоятельных подсистем противовоздушной и ракетно-космической обороны. Высказываются мнения о необходимости разделения ВКО на стратегическую и нестратегическую. Суть предложений – в очередной раз растащить создаваемую единую систему ВКО страны по различным видам и родам войск ВС РФ.

Приведенные выше идеи не сопровождаются убедительными доводами и оценками целесообразности. Однако полагаем: пробный шар запущен и считаем необходимым высказать свои соображения по данному вопросу. При этом представляется полезным еще раз вернуться к анализу имеющегося опыта строительства воздушно-космической обороны.

До перехода на четырехвидовую структуру (1998 г.) формирование ключевых составляющих системы ВКО осуществлялось в рамках Войск ПВО как вида Вооруженных Сил. Нелишне напомнить, что с апреля 1967 г. именно в составе Войск ПВО страны был создан новый род войск – Войска противоракетной и противокосмической обороны, а позднее с включением в их состав войск и системы предупреждения о ракетном нападении они были объединены в Войска ракетно-космической обороны (первый командующий – генерал-лейтенант артиллерии Юрий Вотинцев).

Таким образом, Войска ПВО располагали большинством структурных элементов системы ВКО (имеющих различную степень развития), в том числе:

  • многоэшелонной системой предупреждения о ракетном нападении;
  • системой контроля космического пространства;
  • системой дальнего обнаружения средств воздушного нападения (части радио- и радиотехнической разведки);
  • системой радиолокационной разведки воздушного пространства;
  • системой ПРО города Москвы;
  • системой ПКО;
  • системами зенитного ракетного и истребительного авиационного прикрытия (истребителями и ЗРК различной дальности действия).

Следует отметить, что в рамках Войск ПВО в 1960–1970-е гг. наметилась тенденция к развитию средств и систем ракетно-космической и противовоздушной обороны в направлении взаимного использования их возможностей по борьбе с СВКН противника. Разрабатывались и принимались на вооружение радиолокационные, зенитные и авиационные средства борьбы с крылатыми ракетами в полете и их носителями, а также с ракетами, летящими по аэробаллистической и баллистической траекториям. Получила свое развитие идея комплексного применения средств и систем наземного, авиационного и космического базирования.

Зигзаги в реализации концепции ВКО
Фото: ESA

Постепенно стали реализовываться на практике направления совместного приложения усилий средств и систем противовоздушной и ракетно-космической обороны. Этому в значительной мере способствовала их принадлежность к одному виду Вооруженных Сил, что обеспечивало единство боевого и административного управления силами ПВО и РКО, а также координацию научных исследований, подготовки кадров, перспективного планирования строительства, боевой и оперативной подготовки.

Само понятие «воздушно-космическая оборона» как военный термин появилось в конце 1970-х – начале 1980-х гг. Его появлению и закреплению в военной терминологии в значительной мере способствовала гонка вооружений и особенно ее завершающий этап (первая половина 1980-х гг.).

Именно в этот период США, стремясь выйти из ситуации взаимного гарантированного уничтожения, сложившейся в 1960–1970-е гг., используя свое экономическое могущество, предприняли попытку создания системы, способной защитить территорию страны от ответного ядерного удара в рамках программы СОИ. Эта программа предусматривала создание многоэшелонной системы ПРО с использованием средств на новых физических принципах и их размещением во всех сферах, включая и космическое пространство.

Для сохранения стратегического ядерного паритета в нашей стране разрабатывались различные меры противодействия программе СОИ, в том числе и по всем направлениям ракетно-космической и противовоздушной обороны. Результаты исследования возможных направлений противодействия программе СОИ по линии РКО и ПВО показали необходимость теснейшей взаимной интеграции их средств и систем.

В этот период получили новый импульс к развитию многие оригинальные направления борьбы со средствами воздушно-космического нападения. В их числе следует отметить:

  • обнаружение стартов БР с помощью воздушно-оптических комплексов;
  • уничтожение спутников противника с помощью авиационно-ракетных систем;
  • обнаружение самолетов стратегической авиации с помощью космических радиолокаторов;
  • уничтожение крылатых ракет, самолетов и боевых блоков баллистических ракет с помощью универсальных ЗРК ПРО-ПСО;
  • обнаружение воздушных целей и наведение истребителей с помощью загоризонтных РЛС СПРН.

Эти направления борьбы с СВКН основывались на рассмотрении воздушного и космического пространства как единой сферы вооруженного противоборства. Термин «воздушно-космическая оборона», несмотря на последующее снижение интереса к программе СОИ и ее существенную трансформацию, прочно занял свое место в военной терминологии как у нас в стране, так и за рубежом.

Таким образом, уже в конце 1970-х – начале 1980-х гг. в составе Войск ПВО страны были созданы, активно функционировали информационные и огневые средства и системы, способные вести борьбу практически со всеми существующими типами средств нападения, действующими в воздушном и космическом пространстве. Спектр решаемых Войсками ПВО задач уже не ограничивался только борьбой с воздушным противником. Фактически имелись все достаточные основания для постановки вопроса о переименовании Войск ПВО в Войска воздушно-космической обороны.

Новые шаги по созданию единой системы ВКО

Реформирование структуры ВС РФ в 1998 г. привело к организационному разобщению сил противовоздушной и ракетно-космической обороны и фактической остановке интеграционных процессов при создании системы воздушно-космической обороны. Произошел разрыв единой до этого информационной системы разведки воздушно-космического пространства и системы управления, была утрачена единоличная ответственность за состояние и применение сил и средств воздушно-космической обороны, наметились разногласия во взглядах по целому ряду вопросов развития информационных и огневых систем ВКО.

В 2001 г. произошло очередное реформирование структуры Вооруженных Сил, в результате которого были образованы РВСН и Космические войска как самостоятельные рода войск ВС РФ. Эта мера не привела к устранению ошибки, допущенной тремя годами ранее. Силы ПВО и РКО остались организационно разобщенными.

Первый реальный шаг на пути реализации Концепции воздушно-космической обороны, интеграции сил ПВО и РКО и формирования единой системы ВКО страны сделан в 2011 г. Именно тогда был создан новый род войск Вооруженных Сил Российской Федерации – Войска воздушно-космической обороны. Вместе с тем проведенные структурные изменения не обеспечили в полной мере реализацию основных положений Концепции ВКО. Не обеспечиваются единство ответственности за строительство ВКО на всей территории страны и единое управление войсками (силами), решающими задачи ВКО, в стратегическом, оперативном и тактическом звеньях управления. Не реализован принцип комплексного использования всех сил, решающих задачи ВКО. Не исключено дублирование в работе органов военного управления.

Однако наличие этих и ряда других проблем, по нашему мнению, ни в коей мере не может служить основанием для пересмотра концептуальных положений ВКО. Существующие недостатки в организации воздушно-космической обороны несистемны и должны рассматриваться как своего рода болезни переходного периода. В течение этого времени крайне нежелательно и даже опасно очередное шараханье в сторону, каким является претворение в жизнь идеи о раздельном (самостоятельном) развитии систем противовоздушной и ракетно-космической обороны.

Предлагаем читателям журнала «ВКО» на основе краткого анализа возможных направлений интеграции систем ПВО и РКО поразмышлять над вопросом, что мы можем получить в результате интеграции данных систем и чего мы лишимся, если реализовать идею их обособленного структурного развития.

К числу приоритетных задач ВКО, которые должны выполняться на основе комплексного применения систем ПВО и РКО, относятся:

  • предупреждение о воздушно-космическом нападении, разоружающих и обезглавливающих ударах всеми типами СВКН;
  • отражение ударов НБР на стратегических направлениях;
  • оборона стратегически важных объектов от ударов всех типов СВКН.

Рассмотрим решение этих задач.

При решении задачи предупреждения о воздушно-космическом нападении крайне важно обеспечить повышение оперативности и достоверности информации о начале агрессии в воздушно-космическом пространстве с момента старта (взлета) СВКН и их сопровождение до входа в зоны действия активных средств. Применительно к баллистическим и орбитальным целям эти задачи выполняются космическими средствами и наземными высокопотенциальными РЛС СПРН. Эти средства, сведенные в системы СПРН и ККП, функционируют в автоматическом режиме и выдают данные об обнаруженных целях на КП, где в автоматическом режиме формируются сигналы предупреждения о ракетно-космическом нападении.

Применительно к аэродинамическим целям задачи предупреждения о воздушном нападении выполняются наземными, авиационными, а в перспективе и космическими средствами ПВО. Эти средства функционируют в автоматизированном режиме, выдают данные об обнаруженных целях на КП, где в автоматизированном режиме формируются сигналы предупреждения о воздушном нападении.

Совместно обработанная информация на командных пунктах ВКО позволит своевременно оценить воздушно-космическую обстановку и с высокой достоверностью выработать сигналы предупреждения о начале агрессии в воздушно-космическом пространстве, осуществить распределение информации по объединениям (соединениям) ПВО (ВКО) для отражения ударов СВКН на основе организации эшелонированной обороны. Осуществление интеграции систем РКО и ПВО позволит выполнять задачи в составе единого контура централизованного боевого управления системами РКО и ПВО в рамках ВКО в реальном масштабе времени полета СВКН. Тем самым будут созданы условия для принятия обоснованного и своевременного решения на ответные действия, согласованного оперативного наращивания и распределения усилий объединений и соединений ВКО на всей территории страны.

При разделении ВКО на отдельные системы РКО и ПВО или стратегическую и нестратегическую ВКО получим, что эшелоны одной системы разведки и предупреждения о воздушно-космическом нападении окажутся в разных системах, контурах управления, а возможно, и в разных видах и родах войск Вооруженных Сил. Нарушаются не только важнейшие синергетические свойства системы ВКО, но и сама принципиальная возможность комплексной обработки информации от разных источников – эшелонов СРПВКН и формирования сигналов предупреждения о разоружающих и обезглавливающих ударах всеми типами СВКН.

Аналогичные проблемы могут возникнуть при разрушении синергетики системы поражения и подавления воздушно-космического противника.

Задача борьбы с БР оперативно-тактического класса и БРСД может выполняться созданными в России комплексами ПВО-ПРО дальнего действия типа С-400. Однако потенциальные возможности таких комплексов могут быть эффективно реализованы только при наличии внешнего целеуказания. Полигонные эксперименты подтвердили целесообразность применения космических средств ракетно-космической обороны для раннего оповещения и целеуказания. При этом существенно расширяются зоны обороны комплекса, а перехват целей осуществляется на значительном (безопасном) удалении от обороняемого объекта.

Опыт боевых действий в зоне Персидского залива также подтвердил целесообразность применения космических средств СПРЯУ (системы «Имеюс») для выработки целеуказания комплексам ПВО «Пэтриот».

Наряду с космическими средствами для информационного обеспечения выполнения задач системами ПВО могут применяться наземные высокопотенциальные РЛС СПРН. Наблюдение РЛС СПРН «Воронеж-ДМ» пуска израильской БР-мишени и пусков сирийских ОТР SCUD свидетельствует о возможностях применения данных РЛС в интересах информационного обеспечения группировок ПВО-ПРО.

Приведенное подтверждает, что информационные средства СПРН могут быть не только средствами предупреждения о ракетном нападении, но и элементами контура управления зенитными ракетами комплексов ПВО.

Это позволяет говорить о повышении эффективности выполнения задач ВКО не только на основе взаимодействия систем ПВО и РКО, но и на основе глубокой системотехнической интеграции этих систем. Причем эта задача является задачей уже сегодняшнего дня.

Рассматривая задачу ВКО по отражению ударов перспективных ГЗЛА, следует отметить, что они осуществляют полет к объектам на стыках зон ответственности систем ПВО и РКО либо поочередно проходя через зоны. В данных условиях выполнение задач воздушно-космической обороны независимо функционирующими системами РКО и ПВО приведет к неопределенности оценки воздушно-космической обстановки на стратегическом и региональном уровнях, снижению эффективности сдерживания агрессии и отражения ударов гиперзвуковых средств.

В этих условиях возникает проблема объединения данных о полете ГЗЛА в реальном масштабе времени. Очевидно, что решение этой проблемы требует разработки унифицированных алгоритмов и программ на средствах и КП систем ПВО и РКО, а также комплексного и сбалансированного наращивания боевых возможностей средств и систем в рамках единой системы воздушно-космической обороны.

Часто приводится аргумент, что гиперзвуковые летательные аппараты находятся только на этапе разработки и их поступление на вооружение возможно лишь в перспективе. Однако необходимо понимать, что система ВКО не может быть создана в одночасье в соответствии с решением высокопоставленного руководителя. Такие системы создаются десятилетиями. Поэтому негативные последствия непродуманных решений в полном объеме проявятся в период, когда менять что-то будет уже поздно.

Важнейшей проблемой является создание единой испытательной полигонной базы для системы ВКО. Она должна повысить оперативность разработки, качество и эффективность системы ВКО и ее подсистем.

В случае воплощения в жизнь идеи о структурном разобщении систем ПВО и РКО реализация всех перечисленных выше направлений, обеспечивающих повышение возможностей по решению информационных и огневых задач воздушно-космической обороны, будет практически невозможна.

Также нарушится согласованность планов строительства ВКО с развитием ее технической основы.

Таким образом, актуальность создания единой системы ВКО РФ, закрепленная Концепцией ВКО, не только не снижается, но и значительно возрастает.

Предложения по ее ревизии не имеют под собой никакой основы.

Кирилл Владимирович Макаров,
доктор военных наук, доцент
Сергей Васильевич Ягольников,
заслуженный деятель науки РФ, доктор технических наук, профессор

Опубликовано 4 февраля в выпуске № 1 от 2014 года

Комментарии
sildenafil accountant/]related site buyatarax nu/]atarax weight loss hydrochlorothiazidetriamterene se/]hydrochlorothiazide viagracost nu/]viagra buycafergot in net/]cafegot purchase-diclofenac se/]buy diclofenac buyretina eu/]retin-a
Добавить комментарий
  • Читаемое
  • Обсуждаемое
  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
ОПРОС
  • В чем вы видите основную проблему ВКО РФ?