Оборонка

Основное средство ведения войны

Ведущие государства мира тратят на развитие средств воздушно-космического нападения и ВКО до 50–60% своих военных бюджетов

Прошедшая в Москве историческая конференция, посвященная 100-летию противовоздушной обороны, по содержанию выступлений была в большей степени ура-патриотической, чем научной. За перечисленными результатами и цифрами не последовали выводы о роли авиации и войск ПВО в вооруженном противоборстве. Предлагаемый анализ автор рассматривает как ступень к глобальной работе, целью которой видится определение места войск противовоздушной обороны в структуре ВС с учетом расклада сил в современной войне.

С появлением авиации и началом ее применения в военных действиях в первые два десятилетия XX века специалисты увидели в ней новое перспективное средство вооруженной борьбы, резко меняющее соотношение сил воюющих сторон. Вначале самолеты использовались для ведения разведки и связи, но уже в итало-турецкой и Балканских войнах 1911–1913 гг. они применялись для бомбардировки. В Первой мировой этот опыт был использован не только на поле боя, но и в оперативном тылу противника, для поражения его инфраструктуры. Ударам с воздуха многократно подвергались столицы воюющих государств – Лондон и Париж, крупные объекты в глубине Германии.

По сравнению с 1913 г.

Возможность решения задач на поле боя и в тылу противника, которые другим силам и средствам недоступны, стимулировала значительное наращивание численности авиации и улучшение характеристик самолетов во всех воюющих государствах. К ноябрю 1918 г. их самолетный парк увеличился больше, чем в десять раз. Военная авиация насчитывала во Франции более 3300 машин, в Германии – свыше 2700, в Великобритании – около 2000, в России – не менее 1000.

Основное средство ведения войны
Вооружение и военная техника ЗРС С-400 «Триумф». На переднем плане – передвижная вышка 40В6М для антенного поста из состава 92Н6Е. Фото: Михаил Ходаренок

Новое средство вооруженной борьбы потребовало сотворения специальных средств противодействия, организации мероприятий по защите войск и объектов от ударов с воздуха. То есть организации противосамолетной обороны, которая стала называться воздушной, а в дальнейшем противовоздушной обороной (ПВО). Были созданы специальные зенитные орудия и пулеметы. Начали организовываться пункты и системы обнаружения и оповещения о воздушном нападении противника. К концу Первой мировой в армиях Германии, Италии, Франции было 4500 орудий зенитной артиллерии, в России – 247 противосамолетных батарей 2–4-орудийного состава. Истребители составляли около 40 процентов военной авиации почти во всех странах.

Появление принципиально отличающихся по своим свойствам средств поражения самолетов противника обусловило разную тактику их применения. Истребительная авиация имела задачу уничтожать их на подступах к обороняемым объектам и группировкам войск и преследовать на обратных маршрутах. Наземные зенитные средства непосредственно прикрывали объекты обороны, не давая производить прицельное бомбометание.

В то время у руководства воюющих стран не было однозначной оценки вклада тех и других средств в общую эффективность ПВО. После войны было подсчитано, что в ее ходе зенитной артиллерией поражено 25% всех сбитых самолетов, а истребительной авиацией – 75%. То есть последняя показала, что в силу своей маневренности и значительного радиуса действия она оказалась основным средством борьбы с самолетами противника.

Эффективность зенитной артиллерии ввиду малой по сравнению с истребителями дальности действия, слабых возможностей организации наблюдения, ограниченного визуальными постами, и отсутствия систем управления была низкой. Но в целом она играла важную роль для уменьшения ущерба обороняемым объектам и войскам. Системы зенитного артиллерийского огня значительно снижали возможности бомбардировочной авиации по прицельному бомбометанию.

Несмотря на то, что в годы Первой мировой результаты действий авиации и противоборства в воздухе имели в основном тактическое значение, после ее окончания рядом авторов были сделаны первые выводы о значительном влиянии авиационных ударов и действий сил ПВО на общие итоги. Авиация и средства ПВО продолжали бурно развиваться и применяться во всех военных конфликтах.

Существенные выводы о важности авиации и войск ПВО были сделаны из опыта гражданской войны в Испании 1936–1939 гг. Противоборствующие стороны имели как авиацию, так и наземные зенитные средства ПВО. Здесь был накоплен опыт использования последних образцов самолетов и стрелково-пушечного вооружения, а также решались вопросы тактики осуществления налетов, ведения воздушных боев, совместного применения авиации и зенитной артиллерии.

Первым делом самолеты

Итальянским генералом Джулио Дуэ была выдвинута и получила развитие теория ведения стратегической воздушной войны. Она предполагала нанесение авиационных ударов для завоевания господства в небе, а также по государственным и экономическим центрам страны для вывода ее из войны. Однако в Советском Союзе эта теория отвергалась.

Андрей Демин
Командующий 1-й армией ПВО/ПРО особого
назначения (ОН) генерал-майор
Андрей Демин. Фото: Игорь Руденко

Тем не менее опыт показал, что авиация стала одним из мощных средств ведения войны. Ее применение было подчинено прежде всего обеспечению действий наземных войск. С учетом этого осуществлялось строительство авиации в большинстве развитых государств (особенно в Германии).

Осознание ее роли привело к пониманию руководством ряда стран важности противовоздушной обороны. Соответственно осуществлялось строительство систем ПВО. В Советском Союзе переломным моментом стал 1932 г. Начальник штаба РККА Александр Егоров глубоко вник в проблемы противовоздушной обороны и изложил их в докладе Реввоенсовету. Было принято решение вынести вопрос на заседание Комитета обороны при правительстве СССР. Совнарком в своем постановлении от 5 апреля 1932 г. признал состояние ПВО страны неудовлетворительным и наметил конкретные мероприятия по укреплению противовоздушной обороны. В результате развития авиации и средств ПВО перед нападением фашистской Германии в июне 1941 г. в Вооруженных Силах Советского Союза насчитывалось около 33 300 самолетов, в том числе примерно 30% истребителей. Для противовоздушной обороны страны было выделено 40 истребительных авиационных полков – 1500 самолетов, около 4000 орудий зенитной артиллерии и 650 зенитных пулеметов.

Принято считать, что основным оружием Второй мировой войны являются танки и артиллерия. Однако это не совсем так, например, США, Великобритания и Япония в большей степени развивали авиацию и флот. У Германии в группировках войск при нападении на Францию было 2580 танков и 3824 боевых самолета, при вторжении в Советский Союз – 4300 танков и до 5000 боевых самолетов. В нападении Японии на американскую военно-морскую базу «Перл-Харбор» участвовала только авианосная авиация. В битве за Англию с обеих сторон принимали участие лишь авиация, ракеты и силы ПВО.

Военное руководство Германии приняло на вооружение одно из основных положений теории Дуэ о том, что первоочередная задача собственной авиации заключается в быстрейшем уничтожении самолетов противника. С началом агрессии она наносила внезапные массированные удары прежде всего по аэродромам – без существенного противодействия систем ПВО, а уже потом по группировкам войск и другим объектам. Это позволяло завоевывать господство в воздухе и обеспечивать успешное наступление сухопутных войск, тех же хваленых танковых клиньев Гудериана. Так, авиация Польши и Франции была практически уничтожена в первые дни на аэродромах мирного времени ударами немецких ВВС. Сразу после этого усилия немецких военно-воздушных сил были сосредоточены на нанесении ударов по коммуникациям. В результате этих действий из-за отсутствия хоть сколько-нибудь значимой системы ПВО и в Польше, и во Франции возникли непреодолимые трудности в осуществлении мобилизации. Управление войсками было местами полностью парализовано, что привело к разгрому.

Из хода военных действий против Польши и Франции должны были последовать важные выводы о том, что, во-первых, любая авиационная держава совершит величайшую ошибку, если в период напряженной международной обстановки, когда каждый день может вспыхнуть война, оставит свои боевые самолеты на аэродромах мирного времени и без мощной системы ПВО; во-вторых, решительный и длительный успех всех наземных и морских операций может быть достигнут лишь при наличии превосходства (господства) в воздухе. Поляки и французы этих знаний не имели и поэтому в 1940 г. совершили грубые ошибки. Советский Союз, несмотря на их горький опыт, повторил такие ошибки в 1941 г. Численный состав ВВС западных приграничных военных округов Советского Союза превосходил группировку ВВС Германии, созданную для нападения на СССР, более чем в 1,6 раза. Однако в результате внезапных ударов немецкой авиации по 66 пограничным аэродромам и отсутствия или небоеготовности сил и средств ПВО в первый день войны было уничтожено около 1200 наших самолетов. Это дало агрессору возможность сразу достичь оперативного господства в воздухе на основных направлениях, а затем и стратегического, которое он удерживал почти до середины войны.

Таким образом, силы и средства ПВО государств, подвергшихся агрессии в начале Второй мировой (кроме Великобритании), не выполнили свою главную задачу – защитить ударный ответный потенциал. Агрессор решал задачи не только поражения авиационной составляющей противостоящей стороны, но и противовоздушной обороны своих группировок войск. Стране, подвергшейся нападению, в результате потерь самолетов нечем было наносить ответные удары.

Английский рецепт

Наиболее успешный характер действий авиации и сил ПВО во Второй мировой войне имел место в сражении за Англию. Многократные попытки немецкой авиации разгромить ее военный и экономический потенциал ни к чему не привели. Немецкие ВВС понесли огромные потери от системы ПВО Англии и у них не хватило сил решить исход противостояния в свою пользу. Если бы противовоздушную оборону удалось подавить, ничто не помешало бы немецкому вторжению на острова как по воздуху, так и по морю. Высокая устойчивость ПВО позволила английским, а затем и американским ВВС постепенно перейти от чисто оборонительных к активным действиям по нанесению ударов по объектам Германии.

Основное средство ведения войны
Всевысотный обнаружитель 96Л6-1 на полигоне Ашулук. РЛС принята на вооружение в 2008 г. С начала 2014 г. на вооружение радиотехнических полков, несущих боевое дежурство по противовоздушной обороне Москвы и Центрального промышленного района, поступили 5 РЛС 96Л6Е-1. Фото: Игорь Руденко

Немецкая противовоздушная оборона имела в 1943 г. значительное количество истребителей, что давало возможность наносить серьезный урон англо-американской авиации. Он в некоторых случаях достигал 15–20% участвовавших в бомбардировке самолетов. Высокие потери, понесенные англо-американцами, заставили их совершенствовать тактику применения своей авиации, что позволяло отвлекающими действиями специально выделенных сил скрывать истинные объекты ударов и защищать бомбардировщики в полете принятыми на вооружение истребителями дальнего действия. Значительные трудности для немецкой ПВО были созданы применением специальных авиасоединений, сбрасывавших алюминиевые ленты и использовавших специальную аппаратуру постановки помех. Принятые меры значительно увеличили потери немецкой истребительной авиации, что потребовало перераспределения части зенитной артиллерии с прикрытия войск на военные и промышленные объекты.

В течение войны многократным (до 10–30 раз) массированным бомбардировкам с воздуха подвергся 131 немецкий город. За январь, февраль и март 1945 г. на территорию Германии было сброшено 329 тыс. тонн бомб. Удары такого масштаба привели к тому, что немецкая военная промышленность к середине апреля 1945 г. фактически перестала существовать. Железнодорожное сообщение в ряде областей прекратилось, движение по шоссейным дорогам было крайне ограниченным. Многие районы Германии испытывали серьезный недостаток в продовольствии. Немецкие сухопутные войска с каждым днем теряли подвижность, передача приказов была чрезвычайно затруднена или вообще невозможна.

Насколько критической была обстановка в Германии уже в декабре 1944 г., можно судить по следующему отрывку из доклада рейхсминистра вооружений и боеприпасов Шпеера Гитлеру: «Эти цифры показывают, что мы не можем обеспечить войска боеприпасами, углем ни наше судоходство, ни железнодорожный транспорт, ни газовые заводы и электростанции, ни промышленность и сельское хозяйство. Поэтому мы с уверенностью можем ожидать окончательного развала всей немецкой экономики через 4–8 недель. После этой катастрофы дальнейшее ведение войны станет невозможным». Полный разгром Германии наступил через семь с половиной недель.

От Перл-Харбора до Мидуэя

Факты подтвердили одно из положений теории Дуэ, который утверждал, что авиационные удары с целью уничтожения объектов экономики и инфраструктуры государства в стратегическом плане более эффективны, нежели по войскам. Это подтвердилось и в послевоенных локальных конфликтах.

Основное средство ведения войны
Начальник расчета ВВО 96Л6-1 на рабочем месте. Фото: Игорь Руденко

Ход Второй мировой войны на Тихом океане продемонстрировал также решающее влияние противоборства в воздухе на действия и операции флотов. Ярким примером является налет японской авиации на военно-морскую базу США «Перл-Харбор», когда из-за бездействия системы ПВО были потоплены или серьезно повреждены восемь линкоров и три легких крейсера. Из 304 американских самолетов японская авиация уничтожила 188 (57%). Через три дня после налета на «Перл-Харбор», 10 декабря 1941 г. английский тихоокеанский флот, ПВО которого не оказала существенного противодействия японской авиации, потерял линкор «Принц Уэльский» и линейный крейсер «Рипалс». Утрата двух наиболее мощных боевых единиц английского флота была неопровержимым доказательством того, что корабли, не обеспеченные противовоздушной обороной, обречены на поражение.

Важнейшую роль авиация сыграла на Тихоокеанском театре и в мае-июне 1942 г. Сражение в Коралловом море останется в истории флота как первое, исход которого был решен авиацией. Стороны вели бой, находясь вне зоны досягаемости корабельной артиллерии. Самолеты США смогли потопить два японских авианосца. У острова Мидуэй американским пикирующим бомбардировщикам удался внезапный налет на три авианосца императорского флота, почти не оказавших сопротивления. В течение нескольких секунд корабли были выведены из строя: один затонул немедленно после атаки, другой был оставлен командой и затоплен самими японцами, третий поврежден, а затем добит американской подлодкой. С потерей авианосцев японский флот стал беззащитен с воздуха, что и решило его участь.

Последующий ход событий показал, что именно авиация становится решающим фактором в противостоянии на море. Ей отводится главная роль как при нанесении поражения флоту противника, так и при защите своих сил от вражеских действий.

ПВО должна быть системной

Обобщение опыта Второй мировой, прежде всего борьбы за господство в воздухе на советско-германском фронте, битвы за Англию, авиационных ударов США и Великобритании по объектам Германии, операций на Тихом океане, приводит к выводу: уже тогда достаточно четко обозначилась закономерность зависимости хода и исхода боевых действий армии и флота от результата противоборства в небе. Великобритания была первой, чье руководство оценило важность оперативного и стратегического применения авиации и сил противовоздушной обороны. Именно благодаря наличию стратегической системы ПВО страна сумела отразить авиационные и ракетные атаки Германии и перейти к нанесению ответных ударов по городам и узлам коммуникаций противника.

Основное средство ведения войны
Низковысотный обнаружитель 5Н66М с универсальной вышкой 40В6М (или 40В6МД) высотой до 39 метров обнаруживает цель с ЭПР 0,02 кв. м и высотой полета 500 м на дальности 90 км. Фото: Игорь Руденко

Данные выводы следовало бы сделать руководству всех ведущих государств. Но для послевоенного периода они были слишком революционными. Клинья Гудериана и прорывы танковых армий Рыбалко, Ротмистрова, Катукова затенили тот факт, что успешные действия массовых группировок бронетехники, сухопутных войск и сил флота имели место только при завоевании полного господства в воздухе.

В целом главным средством борьбы с воздушным противником во Второй мировой войне стала авиация. Из 77 тыс. немецких самолетов, потерянных на Восточном фронте, советскими ВВС было уничтожено 57 тыс., в том числе истребительной авиацией – 44 тыс. Столь значительный вклад в борьбу за господство в воздухе был обусловлен ее свойствами: маневренностью и значительным в сравнении с зенитной артиллерией радиусом действия.

Необходимо отметить, что уничтожение средств воздушного нападения не самоцель системы ПВО. Некоторые авторы при определении вклада в победу спекулируют цифрами. Например, принижают роль противовоздушной обороны в Великой Отечественной войне, утверждая, что ВВС уничтожили 57 тыс. немецких самолетов, а войска ПВО – чуть более 7300. Но на самом деле главная цель действий системы ПВО – не уничтожать средства воздушного нападения противника, а сохранять обороняемые объекты. В частности, при обороне Москвы к городу прорвалось только 229 немецких самолетов, что составляет 2,6% от общего количества вылетов. То есть немецкая авиация при противодействии мощной системы ПВО Москвы не смогла реализовать численное превосходство. Обороняемые объекты были сохранены. Предотвращенный ущерб в несколько раз превосходил стоимость всей участвовавшей в ударах немецкой авиации.

Важную роль здесь играет и ударная авиация, поражающая средства противника на аэродромах и авианосцах. В отдельных случаях она являлась единственным средством борьбы со средствами воздушного нападения. В частности, успешным методом борьбы с немецкими «Фау-2» было только разрушение авиацией Великобритании стартовых площадок, баз снабжения и промышленных предприятий, производивших ракеты.

К сожалению, советское военное искусство новые закономерности заметило не сразу, иначе как можно объяснить преимущественное развитие и производство в послевоенный период сотен тысяч танков (основная масса которых была вывезена за Урал, где и заржавела) и другого вооружения Сухопутных войск, а также преимущественное в пылу множества реорганизаций Вооруженных Сил России сокращение авиации и разрушение стратегической системы ПВО государства.

Главное поле боя – небо

После Второй мировой каждая следующая локальная война характеризовалась все большей долей участия в вооруженном противоборстве авиации и ПВО, его растущим влиянием на ход и исход военных действий. При этом на балансе сил стали сказываться новые достижения в области развития средств борьбы в воздушном пространстве. Появились реактивная авиация и зенитные ракеты. Значительно расширилось пространство ТВД.

Основное средство ведения войны

В войне в Корее (1950–1953 гг.) была впервые широкомасштабно применена реактивная авиация. Массированным ударам американских ВВС были противопоставлены крупные силы ПВО, прежде всего истребительной авиации. Противостояние в Корее подтвердило решающее влияние результата противоборства в воздушной сфере на общий ход и исход войны и решающую роль в ПВО истребительной авиации, которая уничтожила 1097 самолетов противника. На счету зенитной артиллерии – 212 самолетов.

Война США с Северным Вьетнамом (1965–1973 гг.) стала первой, содержанием которой явилось только противоборство авиации и сил ПВО. Тогда впервые были применены поставленные из СССР зенитные ракетные комплексы, что вынудило командование США перейти к массированному применению своей авиации (до 200 самолетов одновременно) и планированию специальных действий по преодолению системы ПВО. Наблюдался рост числа обеспечивающих средств воздушного нападения (СВН), широко применялись средства радиоэлектронной борьбы, появилось первое высокоточное оружие. Несмотря на все предпринятые американцами меры, в целом действия системы ПВО Вьетнама отмечаются как успешные, что и решило общий исход войны в его пользу. Появление у зенитчиков ракетных комплексов резко увеличило их общий вклад в эффективность противовоздушной обороны. Данные по потерям авиации США во Вьетнаме в разных источниках существенно различаются (от 8612 до 2500 самолетов и вертолетов). ЗРВ уничтожили 1350 самолетов США.

ПВО как приоритетная цель

В арабо-израильских войнах с 1967 по 1982 г. противоборство авиации и сил ПВО велось с переменным успехом. В июне 1967 г. израильская сторона после тщательной подготовки нанесла внезапные одновременные авиационные удары по всем элементам системы ПВО Египта, его зенитные средства и истребительная авиация из-за слабой разведки оказались застигнуты врасплох и были почти полностью уничтожены. Однако в октябре 1973 г. авиация Израиля, несмотря на тщательную подготовку своих действий, столкнулась в районе Суэцкого канала с эффективным противодействием мощной зенитной ракетной группировки смешанного состава, развернутой на заранее подготовленных в инженерном отношении позициях. Силы и средства ПВО АРЕ и Сирии за 18 дней уничтожили в общей сложности около 110 самолетов. Общих целей военных действий Израиль не достиг.
Основное средство ведения войны
Самоходный зенитный ракетно-пушечный комплекс наземного базирования «Панцирь-С1» на полигоне Ашулук. Индекс ГРАУ – 96К6. По кодификации НАТО – SA-22 Greyhound (англ. – борзая). Фото: Игорь Руденко

Его авиаудары по группировке сил ПВО Сирии в долине Бекаа в 1982 г. показали, что наличие у противостоящей стороны достаточно мощной системы ПВО требует планирования специальной операции по ее подавлению. При этом все силы авиации привлекаются только на борьбу с ПВО. И независимо от исхода их противоборства авиация не может одновременно выполнять другие задачи военных действий по поддержке сухопутных войск и нанесению ударов по объектам. То есть система ПВО до своего подавления в значительной степени или даже полностью предотвращает ущерб обороняемым объектам и группировкам войск.

В англо-аргентинском конфликте (март – июнь 1982 г.) для обеспечения высадки и действий экспедиционных сил Великобритании на Фолклендских островах была создана мобильная система ПВО, состоящая из трех районов, организованы постоянная разведка и взаимодействие зенитных средств кораблей и авиации. Это привело к тому, что несмотря на шестикратное превосходство в авиации, потери самолетов Аргентины оказались втрое больше, чем Великобритании.

В действиях авиации США против Ливии в 1986 г. был воплощен замысел достижения внезапности нанесением удара самолетами ночью с удаленных баз с несколькими дозаправками в воздухе. Нанесение удара по объектам было тщательно спланировано. Система ПВО преодолевалась в обход зон разведки и огня (удар с юга), радиоэлектронным и огневым ее подавлением (удар с севера). Группировка ПВО Ливии в силу отсутствия необходимой разведки, низкой боевой готовности и пассивности авиации с задачами не справилась.

Космос как тенденция

Война в зоне Персидского залива (зимой 1991 г.) очень ярко показала решающее значение хода и исхода борьбы в воздухе для достижения успеха в целом. Именно после этой войны советским (фактически уже российским) военным искусством впервые признана данная закономерность. Было замечено, что противовоздушная оборона уже давно переросла тактические рамки и превратилась в важнейший оперативно-стратегический фактор обороноспособности любого государства, а также то, что применение средств воздушного нападения и ПВО эффективно при обеспечении их действий космическими системами.

Многонациональные силы (МНС) тщательно подготовили действия СВН, прежде всего на основе данных космической разведки, и проведением так называемой воздушной кампании в течение 38 суток решили все основные стратегические задачи войны. При этом активность авиации поддерживалась на уровне 400–850 боевых вылетов в сутки. На объекты Ирака было сброшено 88 500 тонн бомб различных типов, что по масштабам соизмеримо со всей восточноевропейской фазой Второй мировой войны. Для подавления объектов и средств ПВО впервые массово в отдельном эшелоне применялись крылатые ракеты и малозаметные самолеты, выполненные по программе «Стелс». ПВО Ирака была построена как комплексная эшелонированная система с достаточно современной авиацией. Однако разведка и зенитные расчеты не могли вести борьбу с СВН в условиях радиоэлектронного и огневого подавления высокоточным оружием. В итоге сопротивления практически не было. Применение Багдадом оперативно-тактических ракет типа «СКАД» вынудило МНС создавать элементы противоракетной обороны с применением космических систем разведки, связи и навигации. Сухопутные войска МНС вступили в сражение на заключительном этапе и действовали не более 100 часов.

Операция вооруженных сил США и Великобритании в Ираке «Лиса в пустыне» (17–20 декабря 1998 г.) проводилась уже только средствами воздушного нападения. В ходе операции последовательно наносились ракетно-авиационные удары высокоточным оружием только в темное время суток на глубину до тысячи километров с интервалами три часа и продолжительностью от одного до трех часов. При этом последовательно было поражено более 100 объектов на территории Ирака.

В военных действиях США и других государств НАТО против Югославии в 1999 г. все поставленные задачи были решены и цели достигнуты только средствами воздушного нападения и космическими обеспечивающими системами без привлечения других сил. Действия СВН начались нанесением двух массированных авиационно-ракетных ударов, после которых альянс действовал выборочно с интенсивностью около 50–70 самолетов в сутки. Авиация и ракеты работали группами по значительному количеству объектов. За 78 суток войны авиация НАТО совершила 38 тыс. боевых вылетов, было запущено около тысячи крылатых ракет воздушного и морского базирования.

Действия сил ПВО Югославии ввиду низких возможностей носили характер «партизанской» тактики и существенного ущерба нападающим СВН нанести не смогли. В результате действий СВН НАТО в Югославии уничтожены основные стационарные военные и промышленные объекты, электронные средства массовой информации, узлы коммуникаций, нарушено государственное и военное управление. Руководство страны было вынуждено принять все требования агрессоров.

При проведении контртеррористической операции «Несгибаемая свобода» в Афганистане в 2001 г. американское командование с самого начала, применяя принцип центральносетевого ведения боевых действий, наносило удары по выявляемым объектам самыми различными силами и средствами – от современных систем вооружения с лазерным наведением до обычных авиабомб. Это позволило решить поставленные задачи с минимальными потерями сухопутных войск и сил специальных операций.

В операции «Свобода Ирака» в 2003 г. полное превосходство авиации в количественном составе и качественном отношении коалиционных сил не дало противнику возможности эффективно ей противодействовать. Это позволило 200-тысячной сухопутной группировке союзников наступать на Багдад и добиваться решающего перевеса сил в любом бою. Только полуторасуточный перерыв в авиационной поддержке своих сил из-за песчаной бури заставил сухопутные войска американцев и англичан приостановить продвижение, которое могло быть сопряжено со значительными людскими и материальными потерями.

Опыт внутренних конфликтов также показывает решающее значение противоборства в воздушной сфере. Например, на Северном Кавказе в антитеррористической операции в Чечне в 1999–2000 гг. в среднем каждый второй объект бандформирований поражался ударной авиацией из состава группировки федеральных сил. При появлении же у боевиков переносных ЗРК действия авиации практически парализовывались.

В операции по принуждению Грузии к миру в августе 2008 г., несмотря на недостатки управления и противодействие системы ПВО, важную роль сыграли авиационные удары по объектам вооруженных сил агрессора.

Действия коалиционных сил стран НАТО в Ливии в 2011 г. начались с авиационных ударов для создания бесполетной зоны в целях обеспечения действий группировок сухопутных войск.

Глобальный вызов требует адекватного ответа

В настоящее время новым направлением совершенствования средств воздушного и ракетного нападения стало создание гиперзвуковых летательных аппаратов: пилотируемых гиперзвуковых самолетов различного назначения, управляемых ракет с большой дальностью полета на высотах 40–60 километров, планирующих головных частей для баллистических ракет. Такие аппараты могут применяться для ведения разведки, поражения важных объектов в любом районе мира, перехвата воздушно-космических целей, выведения, обслуживания и снятия с орбиты военных спутников.

Реализация данных программ ведет к полному стиранию грани в средствах и ведении военных действий в воздушном и космическом пространстве, которое становится единой сферой вооруженной борьбы. Развиваются средства противовоздушной, противоракетной и противокосмической обороны, происходит их интеграция в единую систему воздушно-космической обороны (ВКО).

Ведущие государства мира тратят на развитие средств воздушно-космического нападения и ВКО до 50–60% своих военных бюджетов. Это ведет к еще большему увеличению роли вооруженной борьбы в воздушно-космической сфере.

Таким образом, силы и средства воздушного и ракетного нападения, прежде всего США и НАТО, стали основным средством ведения войны. Они способны при отсутствии эффективного противодействия систем ПВО и ПРО (ВКО) противостоящей стороны нанести разоружающий удар любому государству и за несколько дней решить все стратегические задачи войны. Основным сдерживающим фактором от такого нападения на Россию являются ее стратегические ракеты наземного и морского базирования и дальняя авиация (стратегические ядерные силы). До тех пор, пока страна будет способна во встречном или ответном ударе нанести агрессору неприемлемый ущерб, нападение на нее маловероятно. Именно для сохранения «потенциала возмездия» прежде всего и должна строиться противовоздушная и противоракетная оборона России в общей системе ВКО.

Сдерживание агрессоров от развязывания крупномасштабных войн и вооруженных конфликтов, предотвращение их эскалации – основная задача стратегических ядерных сил и Войск ВКО России. Для этого они должны контролировать состояние и деятельность группировок сил воздушно-космического нападения потенциальных противников, своевременно обеспечивать руководство государства (президента Российской Федерации – Верховного главнокомандующего Вооруженными Силами) достоверной информацией о воздушно-космической обстановке для принятия соответствующих решений, а также защищать силы и средства ответного удара для нанесения агрессору неприемлемого ущерба.

Авиация и Войска ВКО призваны решать и другие задачи по обеспечению безопасности государства в воздушно-космической сфере. С началом войны авиация должна завоевывать и удерживать господство в воздухе; нарушать военное и государственное управление противника, функционирование объектов тыла и военно-экономического потенциала противника; вести борьбу с его авиационными, ракетно-ядерными, противовоздушными, сухопутными, корабельными группировками и резервами; осуществлять авиационную поддержку войск и сил; десантировать и обеспечивать воздушные десанты; перевозить по воздуху войска, ВВТ и другие материальные средства; вести борьбу с воздушными и морскими десантами противника; выполнять специальные задачи.

Войска ВКО должны непрерывно контролировать использование воздушного пространства и пресекать нарушение режима полетов и государственной границы Российской Федерации в воздушном пространстве. А с началом локальной или региональной агрессии – оповещать войска, органы и пункты управления о воздушной обстановке, отражать (ослаблять) удары средств воздушно-космического нападения противника, не допускать завоевания им превосходства в воздухе, обеспечивать развертывание группировки ВС РФ, защиту военных объектов и войск, населения и экономики.

В настоящее время соотношение сил и средств авиации и ВКО, способных вести противоборство с наиболее серьезными из вероятных противников, выглядит крайне невыгодным для России. Поэтому задача должна решаться комплексно. Борьба с воздушно-космическим противником реализуется как стратегическая операция. В силу ее важности в начальном периоде военных действий привлекаются все войска, силы и средства, способные противодействовать воздушно-космическому нападению. Они применяются для разведки, уничтожения и подавления средств противника как в полете, так и на земле и море.

Создание воздушно-космических сил путем объединения ВВС и Войск ВКО упростит на уровне ВС общее согласование действий ударных и оборонительных сил для борьбы с воздушно-космическим противником при условии возложения на главное командование ВКС стратегических задач по организации такой борьбы.

Владимир Васильевич Барвиненко,
заслуженный деятель науки РФ, доктор военных наук, профессор

Опубликовано 2 декабря в выпуске № 6 от 2015 года

Комментарии
Это, конечно, "Барельеф"!
Добавить комментарий
  • Читаемое
  • Обсуждаемое
  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
ОПРОС
  • В чем вы видите основную проблему ВКО РФ?